February 14th, 2000

Свально-кладбищенский путь президента

Дорога в питерскую резиденцию Путина шла через Южное кладбище и городскую мусорную свалку. Бывало, прилетал Владимир Владимирович из Москвы в «Пулково», пересаживался из самолета в машину, и в Стрельну. За окнами бронированного автомобиля лишь кресты, да помоечные чайки. Сплошная дрянь. Ну и настроение - подстать. Само название «Южное», наводило на «гаранта» тяжкие воспоминания о Чечне, а каждый могильный камень, словно кидался ему вослед, обвиняя в тягчайших преступлениях. Мусорный запах отшибал последние светлые воспоминания о встрече с благоухающим итальянским адвокатом Сильвио. «Найти бы того человека, что построил эту магистраль на костях и грязи» - размышлял президент, снимая часы с левой руки, на которой он их носил тайком, и цепляя на правую, таким его привыкли видеть верноподданные царедворцы.

Вдоль дороги, через каждые 20 метров, стояли борцы с преступностью и терроризмом, исполняя свой самый важный в жизни долг, отдавали честь президенту. Однако, часть пейзажа постоянно закрывали чьи-то ноги и грудь, вроде бы женские. «Кто это?» - словно пребывая в забытьи, иногда задавал себе вопрос «гарант», и каждый раз сам же и отвечал, - «А, это ты, Валя. Какая паршивая у тебя здесь местность, словно не на отдых едешь, а на Страшный суд» - ворчал президент.

В один прекрасный момент, ноги зашевелились, и со стороны ерзающего бюста донеслось: «Владимир Владимирович, эта дорога проложена 2 года назад по неудачному маршруту. Правительство Санкт-Петербурга в рамках концепции развития транспортной инфраструктуры города, рассмотрело проект строительства новой транспортной магистрали из аэропорта «Пулково» к Вашей резиденции в Стрельне, более прямой, удобной и главное ласкающей взор. Деньги на проектные работы уже выделены». Поворотив взор с говорящих ног на заснеженные вершины мусорной свалки, президент России еще раз убедился в правильности выбора петербуржцев, проголосовавших за его протеже.

Литдрамы (из школьного курса)

Однажды, Александр Сергеевич Пушкин вышел на Невский, заглянул в «Литературное кафе», поехал на Черную речку, вернулся домой на Мойку и отправился в Михайловсккой. С тех пор, его больше ни кто не видел.

Однажды, Михаил Юрьевич Лермонтов полез в горы с Мартыновым. Там то и выяснилось, что Мартынов ему не друг. Но было уже поздно.

Однажды, Алексей Максимович Горький лечился в «Горках». Когда его выписали, друзья и родственники плакали. Праздник не удался.

Однажды, Сергей Есенин остановился в питерской гостинице «Англетер». Больше он уже нигде не останавливался...