March 4th, 2007

Послесловие к "Маршу несогласных"

Минувшим вечером в 27 отделении милиции в переулке Крылова сидели в клетках 36 задержанных на «Марше несогласных». Дежурный отдела милиции майор Лужецкий Евгений Михайлович – хам с пудовой золотой цепью на правой руке – держал оборону от правозащитников. В нарушение законодательства он незаконно удерживал людей в милиции более трех часов. Через пять часов после задержания в клетке 27 отделения милиции правозащитники обнаружили зверски избитого омоновцами молодого человека. Майор Лужецкий категорически отказался называть фамилию пострадавшего и тем более вызывать ему «скорую помощь». Благодаря остальным арестантам личность раненого удалось установить (им оказался Липкин Николай Алексеевич). «Скорую» вызвали вопреки действиям дежурного майора, а когда врачи прибыли, заставили Лужецкого их пропустить. При осмотре у Николая Липкина обнаружены гематомы затылочной части головы, сотрясение мозга, сломанный нос и т.д. Врачи приняли решение о немедленной госпитализации. Когда пострадавшего увезли в Мариинскую больницу, выяснилось, что еще у одной задержанной серьезные проблемы со здоровьем. У Юлии Малышевой произошел серьезный приступ астмы. Майор Лужецкий опять сидел с каменным видом и не обращал внимание ни на задыхающуюся девушку, ни на требования правозащитников. Когда на Лужецкого в пятый раз пожаловались по телефону дежурного управления собственной безопасности ГУВД С-Пб и вызвали еще одну «скорую», подчиненные Лужецкого тайком выставили госпожу Малышеву из 27 отделения милиции через черный ход.

В дежурную часть к Лужецкому приходили родители, родственники и доверенные лица задержанных. Он отказывался с ними общаться, а когда говорил, то лгал без зазрения. Матери одного из задержанных он сообщил, что ее сыну выдали на руки протокол о задержании, а через некоторое время выяснилось, что его выпустили не вручив этот документ. Доверенному лицу другого задержанного, сунули совсем пустой протокол и только под давлением правозащитников расшифровали суть обвинения по 19 ст. административного кодекса. Интересно, что рапортов от сотрудников милиции, которые непосредственно задерживали людей на Невском, не оказалось. Поэтому законность содержания под стражей и краткосрочного лишения свободы весьма сомнительны, как незаконны и дактилоскопия и фотографирование доставленных в отделение милиции. Кстати, эти «оперативно-следственные действия» не зафиксированы ни в одном протоколе и милицейском документе 27 отделения милиции. По этой причине все подвергнутые данной процедуре обязаны написать в прокуратуру заявления не только о незаконности своего задержания, о побоях и противоправном лишении свободы, но и с требованием установить тех лиц, которые проводили в отношении их незаконные оперативно-следственные действия и привлечь таковых к уголовной, административной и дисциплинарной ответственности. Тем же, кто был свидетелем беспредела Лужецкого в 27 отделении милиции следует написать заявление прокурору города Сергею Петровичу Зайцеву о преступлении Лужецкого, связанном с неоказанием своевременной необходимой медицинской помощи. О судье, вершившем правосудие в коморке прямо возле туалета милицейского зверинца, не напишу ни слова.

Спасибо.