recepter (recepter) wrote,
recepter
recepter

Когда военные не лгут?

Для газеты "Петербургский час пик" подвел итоги вранья военных по делу Романа Рудакова. Читайте ниже.

Когда военные не лгут?

Когда военное командование молчит, на Земле можно слышать райское щебетание птиц. Но стоит армейскому начальству открыть рот, ложь заполняет слух и овладевает пространством вокруг. Но иногда и молчание, и речь людей в мундирах - одинаково отвратительны.

В истории с солдатом Романом Рудаковым выяснилось, что военные неоднократно лгали. "Солдатским матерям Санкт-Петербурга" при первом обращении по поводу Романа Рудакова, военные сообщили, что молодой человек - сирота. Позже, оказалось у Романа есть и две сестры и отец с матерью. Затем, военные (в лице подполковника Шахова) сообщили "Солдатским матерям", что отец Романа Рудакова не желает стать донором для своего сына и из-за этого дальнейшее лечение тормозится. Но Светлана - сестра Романа Рудакова, рассказала, что отец уже давно был готов ехать на операцию и помогать Роме, но тот же самый "офицер" Шахов из службы расквартирования Ленинградского военного округа, передал отцу Романа, что донорство уже не нужно. Это же было сказано и сестре Рудакова.

Начмед госпиталя Ленинградского военного госпиталя №442 доктор Флуд уверял сопредседателя организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Эллу Полякову в невозможности переправки Романа Рудакова на лечение в Москву, т.к. Роман, якобы, нетранспортабелен. Одновременно, лечащие врачи больного солдата утверждали обратное и говорили, что в отъезде в Москву - единственное спасение Рудакова и шанс на исцеление. С транспортировкой оказались правы рядовые специалисты военного госпиталя. Еще, доктор Флуд со знанием дела рассуждал, что Роману не к чему пришивать трансплантируемый кишечник, мол, все за что можно было бы ухватиться уже вырезано. Но и в этом он вступил в противоречие с действительностью.

Министр обороны господин Иванов и командующий Ленинградским военным округом господин Пузанов хором пели с телеэкранов об «уникальной болезни крови» Романа Рудакова. Генерал Пузанов позволил себе предположить, что причиной ее обострения могли стать стакан «кока-колы» или насморк. Об этом же «Солдатским матерям Санкт-Петербурга» первоначально рассказывало начальство военного госпиталя. Но когда у сестры Романа Рудакова случайно обнаружилась выписка из первого послеоперационного эпикриза (датированного сентябрем 2006 года), выяснилось точное название «уникальной болезни крови» - удар в живот. Поэтому, у руководства Минобороны нет иных шансов подхватить это чудовищное заболевание, кроме как получив по внутренним органам размашистый пинок ногой. Они имеют возможность и впредь, спокойно упиваться газированными напитками, сморкаться дальше на подчиненных и тихо подчищать истории болезней солдат, вымарывая из них слова «удар в живот».

Долго военные темнили с датой отправки Романа Рудакова на лечение в Москву. Они обманывали «Солдатских матерей Санкт-Петербурга», кормя постоянными «завтраками», в то время как у Романа Рудакова счет идет не на годы, а на часы, ему нужна серьезная квалифицированная медпомощь уникальных специалистов, которых в нашей стране единицы и они работают в Москве. А когда Рому уже перевезли в госпиталь имени Бурденко, его друзьям и близким в госпитале ЛенВО № 442 продолжали лгать, что он по-прежнему находится у них.

Генерал Рашид Нехай (из командования Ленинградским военным округом) 18 января дал депутату Законодательного собрания Санкт-Петербурга Наталье Евдокимовой недостоверную информацию о том, что Романа Рудакова в госпитале им. Бурденко уже осмотрел ведущий российский хирург-трансплантолог Сергей Готье (гражданский врач). В тот же день, в разговоре с корреспондентом радио «Свобода», Сергей Готье сам заявил, что Романа еще не видел и не осматривал.

Когда Роман лежал в госпитале ЛенВо к нему перестали допускать Марию Тимофеевну – бабушку его друга детства Николая, которая вырастила Романа и последние четыре месяца ухаживала за ним в реанимации. Ей отказали в допуске на том основании, что она, дескать, могла «занести инфекцию». В сей же момент, стерильно чистые следователи военной прокуратуры почти поселились в реанимации у койки тяжелобольного солдата. Эти же прокуроры так и не записали в протокол «объяснения» те слова Светланы (сестры Романа Рудакова), в коих говорилось об избиении ее брата в части, в связи с чем, упоминалось имя капитана Бахтина.

Странные события произошли с отцом Романа Рудакова. Его, вечером 16 января, военные увезли из деревни в Псковской области на черной «волге». Они доставили отца Романа в военкомат города Великие Луки (отсюда Романа отправляли служить в армию). На следующий день два часа допрашивали там же. Люди в форме представлялись сотрудниками военной прокуратуры. Однако, в военной прокуратуре Ленинградского военного округа, которая занимается предварительным расследованием, об этом «допросе» ничего не известно и поручений прокуроры ни кому не давали. Получается, что операцию с «допросом» отца Романа Рудакова проводили сами военные, не имеющие на то ни юридических оснований, ни права. Возможно, представители минобороны хотели, чтобы отец солдата согласился с диагнозом «редкое заболевание крови».

Командование управления тылового обеспечения ЛенВО обещало отправить в Москву, к Роману, в госпиталь им. Бурденко, его отца и Марию Тимофеевну. Но билеты военные купили лишь для отца. И только благодаря «спецоперации» «Солдатских матерей Санкт-Петербурга», Марии Тимофеевне достали билет в тот же поезд и в то же купе, в котором ехал отец Романа Рудакова и конвоировавший его в Москву военный. Но в госпитале Бурденко близких Романа не приютили. Марию Тимофеевну выпроводили обратно в Петербург уже 21 января, а Рудакова-старшего отсылают в деревню на следующий день. О дате прихода к Роману гражданского доктора Сергея Готье и операции по трансплантации тонкого кишечника, военные опять молчат или отделываются обещаниями типа: «Через полтора месяца». У больного парня отняли мобильный телефон- единственную ниточку, связующую его с внешним миром. Твердят, что от аппарата «фонит» и мешает медоборудованию. Но телефон приставленного к Роме военного, этому оборудованию почему-то не вредит…

Перечислять всю ложь Минобороны только по этому конкретному делу, можно до бесконечности. Она будет множится и разрастаться. Если кому кажется, что сформированный Общественный Совет при министре обороны изменит положение, будьте уверены – это не оазис прекрасного армейского завтра, а мираж в пустыне. Из таких «общественников», пожалуй, кроме хора песни и пляски ничего не выйдет, да и то, без фонограммы не споются и без подпорок не станцуются. Фальшь и ложь все равно дадут о себе знать.

Руслан Линьков

Спасибо.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments